04.10.2026

€12 млн за пять лет на документирование репрессий в Беларуси

Международная платформа подотчётности по Беларуси (International Accountability Platform for Belarus, IAPB) создана в 2021 году для сбора и сохранения доказательств тяжких нарушений прав человека, совершённых властями Беларуси в связи с президентскими выборами 2020 года и после них. За пять лет на её деятельность поступило около €12 млн. В докладе сопоставлены объём финансирования, заявленные результаты и степень их проверяемости по открытым источникам. Для этого использованы финансовая отчётность ведущей организации платформы, полугодовые отчёты IAPB, позиция её руководства и внешняя оценка проекта.

Создание и участники платформы

Платформа учреждена 24 марта 2021 года по итогам доклада профессора Вольфганга Бенедека, подготовленного в ноябре 2020 года в рамках Московского механизма Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Доклад рекомендовал собрать и сохранить доказательства нарушений, совершённых в Беларуси.
Ведущей организацией выступает Датский институт против пыток (DIGNITY – Danish Institute Against Torture). Соруководителями являются Правозащитный центр «Весна», Международный комитет по расследованию пыток в Беларуси и британская правозащитная организация REDRESS, работающая в интересах пострадавших от пыток. Руководящий комитет и секретариат платформы на момент создания возглавил медицинский директор DIGNITY Йенс Модвиг. Секретариат расположен в Копенгагене, его первоначальный штат составлял около 10 человек.
При платформе действует Консультативный совет. Помимо ряда организаций из Беларуси, в него входят Европейский центр по конституционным правам и правам человека (European Center for Constitutional and Human Rights, ECCHR), Международная федерация за права человека (International Federation for Human Rights, FIDH), Международный совет по реабилитации жертв пыток (International Rehabilitation Council for Torture Victims, IRCT), Норвежский Хельсинкский комитет (Norwegian Helsinki Committee), Врачи за права человека (Physicians for Human Rights, PHR), Репортёры без границ (Reporters Without Borders, RSF) и Всемирная организация против пыток (World Organisation Against Torture, OMCT).
В день создания платформы 19 государств выступили с совместным заявлением в её поддержку. Его подписали Австрия, Бельгия, Великобритания, Германия, Дания, Исландия, Канада, Латвия, Литва, Нидерланды, Норвегия, Польша, Румыния, Словакия, США, Финляндия, Чехия, Швейцария и Эстония. Согласно заявлению, собранные материалы предназначены для уголовных расследований и разбирательств в национальных, региональных и международных судах. Деятельность платформы финансируется за счёт взносов государств-доноров.

Раскрытие информации о расходах

В IAPB и DIGNITY был направлен официальный запрос с просьбой раскрыть обобщённые данные о расходовании средств платформы на оплату труда, аренду и информационную инфраструктуру, тренинги, финансирование партнёрских организаций и помощь пострадавшим, а также о результативности этой помощи. Отдельный вопрос касался численности персонала, поскольку на сайте DIGNITY указаны 4 сотрудника, работающих по Беларуси, а в отчётах платформы упоминается не менее 11.
В ноябре 2025 года поступил ответ за подписью руководителя IAPB Андреа Хубер. Финансовых данных он не содержал. В ответе говорилось о регулярном аудите проекта, отчётности перед донорами и недавней внешней оценке, за подробностями рекомендовалось обращаться к полугодовым отчётам платформы. Отдельно указывалось, что «часть запрошенной информации не находится в открытом доступе, как и в случае любого другого проекта подобного характера». Какие сведения относятся к непубличным и почему, не уточнялось.
Ответ не содержит ни аудиторских заключений, ни имени аудитора, ни ссылок на соответствующие документы. Упомянутая в нём внешняя оценка является не финансовым аудитом, а оценкой программы, заказанной самой DIGNITY. Само по себе это не свидетельствует о нецелевом использовании средств, но делает расходы платформы непроверяемыми по открытым источникам.
В части результатов в ответе обоснованно указывалось на пределы мандата IAPB. Платформа документирует нарушения и передаёт материалы, однако «решение о начале уголовных расследований принимают государства, а не неправительственная платформа». Сообщалось также о положительных отзывах национальных и международных органов о качестве материалов, но не было названо ни одного производства, в котором они использованы, и ни одного достигнутого юридического результата.

Объём финансирования в 2021–2025 годах

Согласно финансовой отчётности DIGNITY, за 2021–2025 годы поступления от доноров на IAPB составили около 89,1 млн датских крон, или приблизительно €12 млн, в среднем около €2,4 млн в год. Наибольшие суммы пришлись на 2022 и 2023 годы, около 26,9 млн и 24,6 млн крон, или €3,6 млн и €3,3 млн соответственно. В 2021 году поступило 7,7 млн крон, или около €1 млн, в 2024 году 17,1 млн крон, или около €2,3 млн, в 2025 году 12,7 млн крон, или около €1,7 млн. Суммы в евро пересчитаны из датских крон по среднегодовому курсу и округлены.
Следует учитывать, что речь идёт о поступлениях. В отчётности DIGNITY отражены и общие расходы на IAPB, около 17,0 млн крон, или €2,3 млн, в 2024 году и 12,0 млн крон, или €1,6 млн, в 2025 году, однако без разбивки по статьям. Поэтому из неё не видно, сколько ушло на оплату труда, аренду, помощь пострадавшим и какая часть средств передана другим участникам консорциума. Эти сведения и запрашивались у IAPB и DIGNITY.
Годовая отчётность DIGNITY проходит аудит. Его проводит аудиторская компания PricewaterhouseCoopers (PwC), и заключение аудитора за 2025 год, приведённое на страницах 4–8 отчёта, существенных замечаний не содержит. Однако этот аудит охватывает DIGNITY в целом и структуру расходов платформы не раскрывает.

Результаты деятельности по данным отчётности IAPB

С апреля 2025 по март 2026 года IAPB опубликовала два отчёта о ходе работы, девятый за период с 1 апреля по 30 сентября 2025 года и десятый за период с 1 октября 2025 по 30 марта 2026 года. На конец марта 2026 года платформа сообщала о следующих показателях:

38 146 документов в базе свидетельских материалов, включая 3 351 расшифровку интервью с 2 911 свидетелями;
2 199 397 материалов из открытых источников;
440 свидетельских резюме, более 200 из которых передавались Международному уголовному суду (МУС) и национальным прокуратурам по их запросам;
содействие органам уголовной юстиции шести государств по 14 запросам, а также передача материалов МУС, механизмам Организации Объединённых Наций (ООН) и ОБСЕ, юристам и организациям гражданского общества;
психологическая и психосоциальная помощь 850 пострадавшим нарастающим итогом, из них около 133 человек за последнее полугодие.

Все приведённые данные являются собственными показателями IAPB и независимой проверке по открытым источникам не поддаются.
Сопоставление этих показателей с объёмом финансирования вызывает вопросы. Если отнести на сбор свидетельских материалов весь бюджет, один опрошенный свидетель обошёлся примерно в €4,1 тыс., один документ в базе примерно в €315. Это верхняя граница, поскольку средства шли также на психологическую помощь, аналитику и работу с прокуратурами, однако без раскрытия структуры расходов более точный расчёт невозможен. При этом большая часть рутинной работы сегодня автоматизируется почти без затрат. Так, расшифровка всех 3 351 интервью средствами автоматического распознавания речи при средней продолжительности беседы в два часа обошлась бы по рыночным тарифам примерно в $2,5 тыс., а открытая модель Whisper позволяет делать это бесплатно на собственном оборудовании организации, не передавая чувствительные записи третьим лицам. Распространённые системы искусственного интеллекта, такие как ChatGPT, Gemini и Claude, доступны по подписке за несколько десятков долларов в месяц и при соблюдении требований к защите данных позволяют также переводить расшифровки, структурировать показания и готовить черновики свидетельских резюме. По данным самой платформы, автоматический перевод материалов на английский язык она уже применяет. Сбор материалов из открытых источников также в большой мере поддаётся автоматизации.
Показателен международный пример. Комиссия международного правосудия и подотчётности (Commission for International Justice and Accountability, CIJA) получала только от правительства Канады около 3 млн канадских долларов в год, что по среднегодовому курсу составляет примерно $2,2–2,3 млн. В условиях войны комиссия собрала свыше 1,3 млн страниц документов сирийского режима, и, по её собственным данным, эти материалы способствовали первым приговорам сирийским чиновникам. Ежегодные поступления IAPB составляют около €2,4 млн, или примерно $2,6 млн, то есть даже несколько больше канадского взноса. С учётом ещё 12 доноров CIJA бюджеты двух организаций в целом сопоставимы, однако на подобный судебный результат IAPB пока указать не может. Поэтому открытым остаётся вопрос, оправдан ли нынешний уровень затрат и не мог бы тот же объём работы выполняться дешевле, с более широким использованием современных технологий и опыта добровольческих инициатив.
Отдельного внимания заслуживает показатель психологической помощи. По данным IAPB, с момента создания платформы её получили 850 человек. Описания того, как устроена эта помощь, нет ни на сайте платформы, ни в публикациях средств массовой информации. Помощь оказывают специалисты, владеющие родными языками пострадавших и английским языком. Во многом она сводится к перенаправлению пострадавших к сторонним специалистам и медицинским центрам в нескольких странах, а также к возможности присутствия психолога во время интервью или после него. Состояние получателей отслеживается через единую систему клинического мониторинга с опросниками о стрессе, депрессии, сне и самочувствии. Той же помощью пользуются сотрудники команд IAPB, причём в пятом отчёте число сессий приведено только для сотрудников, но не для пострадавших. Формат помощи, очный или онлайн, число встреч на одного человека и расходы на это направление нигде не указаны. Поэтому неясно, считается ли получателем помощи человек, прошедший курс терапии, или тот, кто однократно встретился с психологом при даче показаний. Без сведений о формате, исполнителях и расходах ни масштаб этой помощи, ни её стоимость оценить невозможно.

Расследование Международного уголовного суда и роль IAPB

В десятом отчёте платформа связывает свою деятельность с решением Офиса прокурора МУС от 12 марта 2026 года об открытии расследования по ситуации Литва/Беларусь и утверждает, что сыграла в нём «ключевую роль благодаря предоставлению обширного массива доказательств». По данным отчёта, в декабре 2024 года платформа направила в Офис прокурора сообщение по статье 15 Римского статута, учредительного договора МУС, которая позволяет организациям и частным лицам передавать прокурору сведения о возможных преступлениях. В течение 2025 года последовали ещё четыре пакета доказательств.
Факт передачи материалов следует из отчётности платформы, факт открытия расследования подтверждён судом. Утверждение о «ключевой роли» является самооценкой IAPB.
Процедура была инициирована государством. 30 сентября 2024 года Литва передала ситуацию в МУС на основании статей 13(a) и 14(1) Римского статута, то есть в порядке официального обращения, и в начале октября 2024 года Офис прокурора начал предварительное изучение, на котором определяется, есть ли основания для полноценного расследования. Неправительственные организации, в том числе IAPB, не вправе сами инициировать производство в МУС. Они могут лишь передавать прокурору сведения, тогда как решение о начале расследования принимается по обращению государства-участника, Совета Безопасности ООН или по инициативе самого прокурора с разрешения судей. Сообщение IAPB поступило уже после начала предварительного изучения, поэтому его материалы могли лишь использоваться в ходе этого изучения.
Офис прокурора сосредоточен прежде всего на депортации и преследовании посредством депортации, то есть на преступлениях, совершённых хотя бы частично на территории Литвы с 1 мая 2020 года. Большая часть материалов IAPB касается пыток, задержаний и других нарушений внутри Беларуси и к этому предмету может относиться лишь частично. Степень влияния материалов платформы на решение прокурора по открытым данным установить нельзя.
Документирование и передачу материалов в МУС вела не только IAPB. По данным Беларуского Женского Фонда (БЖФ), фонд начал собирать показания потерпевших и свидетелей в октябре 2020 года в рамках проекта «Дорога в Гаагу», а в мае 2021 года направил в МУС запрос на расследование в отношении Александра Лукашенко. По заявлению фонда, проект реализуется без грантового финансирования, но независимого подтверждения этому нет.

Оценка программы по заказу DIGNITY

В 2025 году DIGNITY заказала оценку деятельности IAPB с момента её создания. По итогам конкурсного отбора исполнителем стала испанская консалтинговая компания Blomeyer & Sanz, основанная в 2004 году и специализирующаяся на оценке программ для институтов Европейского союза, Совета Европы, ОБСЕ и Программы развития ООН. Оценка проводилась с мая по сентябрь 2025 года по пяти критериям Организации экономического сотрудничества и развития, включающим релевантность, согласованность, эффективность, воздействие и устойчивость. Было опрошено 59 заинтересованных лиц. Согласно техническому заданию, опубликованному DIGNITY в апреле 2025 года и на момент подготовки доклада недоступному на её сайте, детальный план оценки согласовывался с руководством IAPB и DIGNITY.
Полный отчёт не опубликован, в открытом доступе находится только его краткое изложение. Общий вывод однозначно положителен. По заключению оценщиков, IAPB «продемонстрировала очень высокие показатели по всем критериям оценки».
Оценка основана на анализе документов и интервью с сотрудниками IAPB, партнёрами и бенефициарами. К бенефициарам отнесены пострадавшие, прокуроры, международные организации, юристы и организации гражданского общества. Ряд ключевых показателей опирается на суждения самих бенефициаров о качестве доказательной базы, о поддержке свидетелей и пострадавших, а также о том, что произошло бы при отсутствии IAPB. Соответственно, вывод о том, что без платформы режим мог бы остаться безнаказанным, отражает мнение респондентов, а не результат сравнительного или причинно-следственного анализа. Состав опрошенных, в том числе участие получателей психологической помощи, из опубликованного документа не ясен.
Методология предусматривает и количественный показатель, отражающий число дел, в которых материалы IAPB были фактически использованы в уголовном преследовании. Его значение в кратком изложении не приводится. Публикация полного отчёта позволила бы проверить, на каких данных основаны итоговые выводы.
Оценщики фиксируют, что «воздействие проекта с точки зрения привлечения виновных к ответственности может быть оценено только в долгосрочной перспективе». Они также указывают на трудности с получением интервью у представителей национальных прокуратур и рекомендуют IAPB систематически собирать данные о взаимодействии с ними.
Отдельно отмечено отсутствие у IAPB сформулированной теории изменений, то есть логической модели, связывающей сбор доказательств, помощь пострадавшим и взаимодействие с прокуратурами с конечной целью, привлечением виновных к ответственности. Оценщики рекомендуют такую модель разработать.
Ряд рекомендаций касается будущего платформы. Оценщики предлагают уделять внимание новым тенденциям, в частности новым подразделениям силовых структур, причастным к нарушениям, и новым местам содержания, прямо связывая это с задачей сохранять Беларусь в повестке международных партнёров и доноров. Отмечается также запрос документаторов IAPB на большую стабильность договорных условий, поскольку часть из них обеспокоена своими долгосрочными перспективами в эмиграции.
При накопленном объёме материалов ключевым становится не дальнейший сбор данных, а определение пробелов в доказательной базе, конкретных потребностей прокуратур и критериев, по которым этап масштабного документирования можно считать завершённым. Оценка не определяет, чем обусловлена необходимость дальнейшего финансирования, то есть незакрытыми потребностями расследований или поддержанием сложившейся за пять лет инфраструктуры. Сочетание приведённых рекомендаций не доказывает, что новые задачи формулируются ради сохранения финансирования, но делает вопрос о критериях продолжения проекта обоснованным.

Заключение

За пять лет DIGNITY получила на деятельность IAPB около €12 млн. Результаты этой работы известны только из отчётности самой платформы и независимой проверке не поддаются. Официальный запрос о расходах остался без содержательного ответа, а единственная внешняя проверка, на которую ссылается платформа, представляет собой оценку программы по заказу самой DIGNITY.
Главный вопрос, однако, лежит за пределами отчётности. Платформа создавалась для того, чтобы собранные доказательства использовались в уголовных расследованиях и судах. Расследования по принципу универсальной юрисдикции, начатые в Литве и Польше, по имеющимся данным, пока не привели к судебным процессам ни против Александра Лукашенко, ни против исполнителей репрессий 2020 года. Международный уголовный суд открыл расследование лишь в марте 2026 года, по обращению Литвы и в ограниченном объёме, и ордеров на арест пока не выдал. Сами оценщики признают, что результат с точки зрения наказания виновных можно будет оценить лишь в долгосрочной перспективе, а модели, связывающей сбор материалов с этой целью, у проекта до сих пор нет.
В итоге остаётся неясным, для чего в конечном счёте собираются эти материалы. Если задача состоит в создании исторического архива преступлений режима, такую работу следует оценивать по иным критериям и соизмерять с ними объём финансирования. Если же цель состоит в уголовном преследовании виновных, то спустя пять лет и €12 млн у проекта должны быть измеримые юридические результаты или хотя бы ясный план их достижения. Ни того, ни другого публичная отчётность IAPB не показывает.
Речь при этом не идёт о сведениях, которые должны оставаться защищёнными, таких как данные о свидетелях, детали расследований или информация, касающаяся безопасности партнёров. Для оценки проекта достаточно обобщённых данных о распределении расходов, сводных показателей использования материалов в уголовных производствах и измеримых критериев успеха. Без них сохраняется обоснованное опасение, что существенная часть средств, выделяемых на помощь обществу Беларуси, оседает в бюджетах самих организаций и расходуется на работу, польза которой для пострадавших и для правосудия не подтверждена.
Материал подготовлен на основании исследования Alliance Resistance Belarus.